Приказ № 046/н от 9 октября 1944 года о награждении Орденом Александра Невского гвардии майора, Героя Советского Союза, командира эскадрильи 159-го гвардейского истребительного авиационного Краснознаменного Новороссийского полка Василия Князева подписали командующий 4-й Воздушной армией, генерал-полковник авиации Вершинин и начальник штаба, генерал-майор авиации Алексеев.
Осталось найти ответ на вопрос, за какие заслуги Василий Князев стал кавалером полководческого Ордена Александра Невского? И вот несколько страниц из военной биографии героя.
Штурм Новороссийска
В первых числах сентября 1943 года началась подготовка боевой операции по освобождению Новороссийска. Две эскадрильи 88-го истребительного авиационного полка под командованием Алексея Постнова (1-я эскадрилья) и Василия Князева (3-я эскадрилья) были направлены в оперативное подчинение командующего ВВС Черноморского флота генерал-лейтенанта Ермаченкова для участия в операциях по освобождению Новороссийска от гитлеровцев.
Летчикам эскадрилий нужно было в кратчайший срок перелететь на аэродром Геленджика. При перелете в фюзеляж самолета летчики взяли по одному механику. Это оправдывалось только срочной боевой обстановкой, летные уставные правила не предусматривали и запрещали такие действия. Передвижение техники наземным путем было бы долгим и небезопасным.
На эти эскадрильи возлагались две задачи. Разведывательный отдел Черноморского флота ставил задачу проведения воздушной разведки в интересах всей операции штурма Новороссийска. А командир 11-й штурмовой авиадивизии подполковник Губрий поручал сопровождение самолетов-штурмовиков Ил-2.
Условия нахождения на аэродроме Геленджика были очень тяжелыми и опасными. Заход на посадку самолета осуществлялся со стороны моря на узкую прибрежную полосу между горами и водой. В случае неудачного расчета посадки уход на второй круг был невозможен.
Перед началом боевой операции штурма Новороссийска командованием была организована встреча летчиков двух эскадрилий 88-го истребительного авиационного полка с авиаторами флота, во время которой были обсуждены совместные боевые действия.
Штурм начался 10 сентября 1943 года. Летчики 1-й и 3-й эскадрилий полка приступили к выполнению боевых заданий. Результаты разведывательных полетов, производимых Князевым и его опытными товарищами Собиным, Лукиным, Базуновым, Афанасенко, Филатовым, прямо с борта самолета сообщались на командный пункт. Штурмовики, получив их, тут же вылетали на уничтожение врага.
Вылет на разведку 14 сентября четырех самолетов во главе с Князевым закончился обнаружением большого скопления хорошо замаскированной техники врага в районе урочища Липки. Князев по радиостанции быстро сообщил об этом на командный пункт, и вылетевшие штурмовики нашли и разгромили колонну.
Ежедневно летчики эскадрилий совершали до пяти боевых вылетов, принимали участие и в боях. За весь период сражений за Новороссийск летчики уничтожили до 150 вражеских солдат и офицеров, взорвали склад с боеприпасами, сожгли 16 автомашин, ликвидировали 11 зенитных установок.16 сентября 1943 года Новороссийск освобожден от немецко-фашистских захватчиков.
В этот же день состоялась встреча моряков Новороссийской военно-морской базы Черноморского флота и летчиков эскадрилий. Моряки на каждый самолет нанесли эмблему в виде якоря со спасательным кругом за совместные боевые действия и в знак особой благодарности летчикам.
В штурме Новороссийска принимал участие и брат моего отца, мой дядя, рядовой Алексей Лешков.
Хитрый маневр
Во время операции по разгрому войск врага в Крыму гвардии майор Князев исполнял должность штурмана полка. За период его боевой службы не было ни одного случая потери ориентировки летным составом. В воздушных боях сбито 34 самолета противника. 22 марта 1944 года эскадрилья во главе с самим Василием Князевым вылетела на перехват по вызову радиостанции наведения в район Катерлез, Малый Бабчик. В этой точке встретили группу бомбардировщиков противника Ю-87 из 12-и самолетов.
Передав по радио приказ ведущему второй четверки ЛаГГ-3 атаковать снизу кабрированием немецкую группу, Князев со своей четверкой атаковал одновременным ударом сверху в лоб. Внезапный и слаженный удар с обеих сторон по бомбардировщикам противника привел в замешательство и расстроил боевой порядок вражеской группы. Группа Ю-87, беспорядочно сбросив бомбы, стала отступать.
К этому времени подлетели истребители противника ФВ-190 и МЕ-109, которые пытались обеспечить нормальный отход от цели своим бомбардировщикам при атаках наших истребителей, но это им не удалось. Князев приказал одной четверке связать боем противника, а второй четверкой продолжал наносить удары. В результате – было сбито три самолета типа Ю-87 и два задето. Наши самолеты потерь не имели.
После освобождения Новороссийска началась подготовка к самой крупной десантной операции. Поспешный уход с Таманского полуострова немецкой 17-й армии способствовал высадке десантов в районе Керчи.
Группа летчиков 88-го истребительного авиационного полка (4 апреля 1944 года преобразован в 159-й). Третий слева – Василий КНЯЗЕВ.
Трудные и победные бои за Керчь
Наши аэродромы переместились на Таманский полуостров с плохим грунтовым покрытием. Это задерживало вылеты истребителей на перехват и быстрое наращивание сил в бою.
Вражеская авиация базировалась на хорошо оборудованных аэродромах центральной части Крымского полуострова. Командованием 4-й Воздушной армии был найден выход из этой непростой ситуации. В четырех километрах от Керчи армейской разведкой была найдена небольшая площадка, более-менее пригодная для аэродрома, на которой могло разместиться не более двух эскадрилий.
Рядом располагался поселок Опасная. Так сама площадка-аэродром получила такое же название. После работ саперов по расчистке и расширению, дано добро на перелет самолетов на нее.
Весь личный состав, находившийся на площадке, назывался «группой Князева». Она являлась резервом заместителя командующего 4-й Воздушной армии генерал-майора авиации Сидора Слюсарева.
Точка Слюсарева, командный передовой пункт, закрепился на Керченском перешейке. Почти ежедневно эта гора яростно обстреливалась как с земли, так и с воздуха. Сам генерал-майор находился здесь на развернутом плацдарме с радиостанцией наблюдения, непосредственно управлял с земли истребителями во время боя.
В журнале «Авиация и космонавтика» за 2003 год летчик Филатов пишет о командире эскадрильи: «Князев мог учить нас воздушным боям в самых сложных условиях. В сражениях стали встречаться немецкие истребители FW-190. Драться нам с ними еще не приходилось. И вот однажды наша четверка под руководством Князева встретила пару «фоккеров», и он по радио приказал ведомой паре в бой не ввязываться, но все время быть рядом и внимательно смотреть. Мы сначала не поняли, что происходит, а потом догадались – он стал вести бой с «фоккерами» на равных. Вечером командир полностью дал характеристику вражеского самолета в воздушном бою».
«Группа Князева» до самого освобождения Керчи, 11 апреля 1944 года, оставалась единственным авиационным подразделением, базировавшимся непосредственно на Керченском полуострове. Летчики сражались стойко и мужественно.
Небо Родины
Генштаб Красной Армии начал разрабатывать план Белорусской стратегической наступательной операции. Во второй декаде мая 1944 года летно-технический состав 159-го гвардейского истребительного авиационного Новороссийского полка отправили в запасной авиационный полк Поволжья на переучивание. Полк получал самолеты Ла-5.
К 15 июня учебные занятия закончились. На новый аэродром около Могилева с Поволжья состав перелетел с одной посадкой – для заправки горючим. Начался облет района боевых действий, отрабатывали учебно-тренировочные воздушные бои на Ла-5.
Как показала практика, район очень сложный в ориентировании. Летчики могли не долетать до своих аэродромов – лесные массивы, разрушенные деревни казались одинаковыми. Штурманская группа щебнем и известью занумеровывала населенные пункты.
Когда полк находился на аэродроме «Озеро» недалеко от Минска, майору Князеву разрешили слетать на Родину – в п. Бобр.
С родными Василий виделся в конце 1940 года, после окончания Одесской летной школы. Последнее письмо, написанное рукой отца, он получил 18 июня 1941 года, которое бережно хранил все военные годы. Под крылом самолета летчики увидели удручающую картину – несколько десятков уцелевших домов. В Бобре Василий Александрович отыскал свою тетю Елену Клементьевну. Она поведала скорбную весть. За связь с партизанами гитлеровцы расстреляли младших братьев Михаила и Олега. Судьба родителей и сестры Галины была неизвестна.
После возвращения в полк Василий Князев написал клятву – обращение к белорусскому народу.
«Белорусский народ верил и знал: наступит час освобождения, час возмездия фашистским палачам…Зажатый в тисках, враг дрогнул и панически побежал, бросив пушки, автомашины, танки, десятки тысяч трупов…Клянусь, что никогда не дрогнет моя рука в бою. Пока бьется сердце в моей груди, я буду уничтожать врага, борясь за счастье моей Родины», – 12 июля 1944 года армейская газета «Крылья Родины» 4-й Воздушной армии опубликовала эти строки.
Подвиги, мужество и стойкость Василия Князева подтверждают его вклад в общую победу. А высокие награды – признание героизма, мастерства, выдающихся заслуг перед Родиной, успешного выполнения сложнейших боевых задач, свидетельство высшей степени доблести.
Виктор ЛЕШКОВ, г. Брест.
